Исторические песни

По мнению известного исследователя и фольклориста А. Н. Маскаева, мордовская историческая песня появляется в XVI веке, однако по изображенным в песне событиям ее можно было бы отнести к XIII веку. В мордовской исторической песне можно выделить несколько циклов: песни о взятии Казани, о вхождении мордвы в состав русского государства в эпоху Ивана Грозного, многочисленные песни о борьбе народа с иноземными захватчиками, песни о Разине, песни о Пугачеве, песни о крещении мордвы, песни о Павле I.

Песни эпохи Ивана Грозного – первые произведения исторического жанра, в которых находят четкое отображение крупнейшие события – разгром русскими войсками Казанского ханства в 1552 году и образование русского государства, куда вместе с другими народами вошла и мордва.

В мордовских песнях Иван Грозный изображается прежде всего как покоритель Казани. Таковы песни «Саманька», записанная сельским священником в одном из сел Нижегородского уезда в 1848 году; «На горах то было, на Дятловых», опубликованная на русском языке в «Очерках мордвы» Мельникова-Печерского. Образ Грозного в них не всегда соответствует своему прототипу, в песнях он идеализирован, окружен ореолом народного уважения. В песнях и преданиях не столько изображается персона царя, сколько само историческое событие – взятие Казани. Демократические черты в образе Грозного – это прежде всего выражение желаемого, выражение народных чаяний.

Песни о ногайском полоне – самые многочисленные и самые популярные произведения исторической тематики. Песни об иноземном полоне в своей основе отражают подлинные исторические события – многочисленные набеги на русские и мордовские земли степных кочевников. Набеги и рассказы о набегах, об уводе населения в неволю стали основой для создания целого цикла песен. Эти песни представляют собой художественные произведения, подчиненные не только исторической основе, но и сложившимся художественным условиям, традициям. Это не изображение конкретных исторических событий, а прежде всего их художественное обобщение. Как и в песнях о Грозном, в песнях о ногайском полоне героями выступают не чудеснорожденные люди, богатыри, обладатели чудесных знаний, а простые люди. Таковы песни «Ой, задумали-решили зарезать мокшанского парня», «Байка Ильин», «Михайло Козаренин», «Сырой дуб», «Кубанская гора», «Дуня Митриевна», «Башкирка», «Соловей кукушку подговаривал», «Не ужилась жена эрзянина», «Сирота Татюша» и другие.

XVII век на Руси богат не только столкновениями с кочевниками, но и крупными политическими событиями, среди которых особое место занимает восстание под предводительством Степана Разина. Несмотря на популярность имени Разина в мордовской крестьянской среде, песен о нем, как о герое, руководителе восстания почти совсем не сохранилось. Немногочисленные песни о Разине не отличаются оригинальностью. Они повторяют русские песни, в которых воспевается удаль, смелость, находчивость атамана. Песни воспевают богатую, роскошную жизнь Разина, его самоходные корабли, несущие веселых музыкантов. Как и в русских песнях, в мордовских песнях о Разине он изображается не как руководитель крестьянского движения, а прежде всего как атаман удалых разбойников, как чародей, колдун, умеющий при помощи чар отводить глаза, оставаться не пойманным. Он не боится ни пули, ни пушек, ни воды, умеет уплыть даже на щепочке, ловить пущенные в него пули и т.п.

Крещение мордвы после ее вхождения в состав русского государства имело прогрессивное значение, т.к. повлекло за собой распространение грамотности, организацию церковно-приходских школ. Но основные мордовские крестьянские массы не были подготовлены к принятию крещения. Крещение воспринималось как закрепощение, угнетение, что отразилось в устно-поэтическом творчестве, в частности, в песне о крещении. Таковы песни о воительнице против крещения, мордовской женщине Мамильке, посаженной в тюрьму за свои антицерковные деяния, о девушке Сиряве, отказавшейся от принятия крещения, за что была посажена в тюрьму и осуждена на смерть. В песнях о крещении отражается борьба мордовского народа не только за старые религиозные воззрения, но и против правительственных и церковных притеснителей, борьба за свою политическую и экономическую независимость.

Песни о Пугачеве в мордовском фольклоре отличаются от песен о Разине и количеством, и содержанием. Песен о Пугачеве больше, чем песен о Разине. В песнях Пугачев нередко внешне похож на Разина. Он одет в богатый кафтан, на голове казацкая шапка, обут в сафьяновые сапоги, однако он не просто атаман, а мужицкий царь, который зовет за собой народ. Мордовская песня о Пугачеве воплотила чаяния и ожидания крестьян, выступивших на борьбу против помещиков, чиновников, дворян, поэтому в песнях Пугачев называется мордовским национальным героем, родным руководителем. Мордовская песня о Пугачеве очень актуальна и живуча.

Благодаря той популярности, которую приобрело имя Петра III – «мужицкого царя» в народной среде в годы Пугачевского восстания, воцарение Павла I, как сына царя Петра, было принято положительно. Положительная оценка Павла I, как сына Петра III, будто бы из-за любви к мужикам попавшего в опалу, создавала условия для появления исторической песни, в которой царь изображается выразителем народных чаяний, песни о Павле. В песнях новый царь Павел находится вместе с солдатами в полевых условиях, живет с ними одной жизнью, он вдохновитель войска, внимательный человек. Однако жизнь давала много и другого материала для характеристики действий нового царя. За четырехлетнее пребывание Павла на престоле жизнь крестьян не улучшилась. Появились песни, в которых самодержец осуждается, показывается крепостником, царем помещиков, а не мужиков. Мордовский народ сложил о Павле разные песни, показывающие и хорошего и плохого царя. Песни данной тематики представляют собой довольно сложное и неоднородное как по содержанию, так и по форме явление в мордовском фольклоре.

Одной из особенностей мордовской исторической песни является неоднородность в поэтике, наличие в них элементов баллады. Формально исторические песни нередко ничем не отличаются от бытовых, сказочных, и героических баллад. И только содержание может отличить их от всех других сюжетных песен. Они осознаются чаще всего не как произведения, изображающие жизнь отдельных людей, а как произведения, в которых находит воплощение жизнь страны, судьба населяющих ее народов. Вполне естественно, по своему значению исторические песни выходят за пределы узконациональных понятий, интересов, ценностей.